«Хотели сыграть с Советами жестко – это самая большая ошибка в жизни»

Время на прочтение: 11 минут(ы)

 

Андре Лакруа – лучший бомбардир в истории ВХА. Это лига, которая в 70-х бросила вызов НХЛ, заставила конкурента искать новые пути развития и, в конце концов, сделала его лучше.

В НХЛ у Лакруа складывалось не очень – после четырех лет в «Филадельфии», где он хорошо начинал и выходил в первых звеньях, последовал обмен в «Чикаго». И там совсем не получилось. Так что ВХА, возможно, вообще спасла его карьеру. Она в итоге оказалась довольно яркой: он играл рядом с молодым Бобби Кларком, выходил в центре звена с отцом и сыном Хоу, бился со сборной СССР в Суперсерии-74. А еще – встал в один ряд с Гретцки, Лемье и Бобби Орром: только четыре хоккеиста в истории канадского профессионального хоккея делали 100 и более голевых передач за сезон.

«Хотели сыграть с Советами жестко – это самая большая ошибка в жизни»

Мы связались с Андре случайно – благодаря подписчику, который пришел в чат канала «Овечкин и седины» и предложил созвониться с детским тренером его сына. Так что не забудьте сказать в комментариях, что Рустем – огромный молодец.

Сейчас Андре Лакруа – жизнерадостный и бодрый ветеран, который улыбается каждый раз, когда произносит слово «хоккей». Недавно он написал книгу о своей карьере – как говорит сам, она не про игру, а про жизнь.

«Хотели сыграть с Советами жестко – это самая большая ошибка в жизни»

Поэтому не проходите мимо, ведь ниже – разговор с канадской легендой, которая очень уважает наш хоккей.

В детстве Лакруа чистил общественный каток, чтобы кататься бесплатно, а коньки приходилось набивать газетой, иначе они сваливались с ног

Детство будущей легенды ВХА сложно назвать безоблачным – у Андре было 13 братьев и сестер, но только он стал хоккеистом, что уже само по себе необычно для Канады. Отец много работал, на дворе были 50-е, и мальчику из Квебека предстояло непростое детство.

«В нашей семье было 14 детей, а мой отец пахал на двух работах, чтобы прокормить семью, – начинает Андре. – Я начал кататься в пять лет и коньки были мне слишком велики – я надевал их, а потом напихивал в задники газету, чтобы было удобно кататься.

Когда я пошел в школу, на заднем дворе как раз сделали большой каток, такого же размера, как и в НХЛ. Настоящая площадка – даже поставили борта. Разумеется, у нас тогда не было «Замбони», так что перед каждой игрой мы брались за лопаты и чистили снег».

Хоккей был главным развлечением для маленького Андре – все свободное время он проводил на льду, причем до 13 лет никогда не играл на крытых катках.

«У нас был большой перерыв в занятиях: я успевал прибежать домой, пообедать и покататься перед тем, как начнется новый урок. После школы я опять бежал на каток и проводил там часа полтора, прежде чем вернуться. А еще рядом с нашим домом был большой общественный каток – чтобы покататься, надо было заплатить 25 или 50 центов. Я приходил туда и договаривался с работниками: я помогу почистить каток, а они пустят меня покататься бесплатно. Так я постоянно ходил на каток без денег. Моя первая клюшка – Hespeler, отец купил ее за полтора доллара, и я хорошо помню, что никогда не пытался ей щелкать, чтобы не сломать».

В 18 лет играл с будущими легендами НХЛ, а летом развозил пиво, чтобы заработать на жизнь

Одна из главных команд в жизни Андре – Junior Canadiens из юниорской лиги Онтарио. Команда появилась в качестве фарма взрослого «Монреаля», но затем стала выступать в одной из юниорских лиг Канады.

«Хотели сыграть с Советами жестко – это самая большая ошибка в жизни»

В год дебюта Лакруа за юниоров «Монреаля» играли несколько будущих суперзвезд НХЛ.

«Там был просто великолепный состав – Иван Курнуайе, Серж Савар, Жак Лемэр. И мы собирали 16 тысяч зрителей на каждой домашней игре! Самое сложное, когда играешь в Монреале – журналисты. Даже на наших играх было человек 15 репортеров, а иногда они приходили и на тренировки.

А скаутами взрослой команды тогда были Скотти Боумэн и Клифф Флетчер, которые после стали знаменитыми на всю НХЛ. Вот с таким давлением пришлось столкнуться всем, кто тогда играл за юниорскую команду из Монреаля. Год спустя был еще один вызов: я оказался в команде из Питерборо, и там вообще не было людей, которые знали бы французский. А я тогда не знал ни слова на английском. Думаю, это был важный момент в моей карьере, который помог мне попасть в НХЛ – целый год я учил язык».

ЧИТАТЬ  70 лет назад разбилась команда ВВС. Погибли звезды советского хоккея

Летом у Лакруа не было отдыха, привычного современным игрокам – он пытался подзаработать. Это нормальная история для того времени, ведь даже Фил Эспозито, уже играя за «Чикаго» в НХЛ, летом шел работать на завод.

«Я никогда не отдыхал летом так, как это делали многие парни из команды – гольф или отдых у моря. Вместо этого я работал на компанию «Молсон» – крупнейшего производителя пива в Канаде. Мы развозили пиво по всей провинции от бара к бару – отличное было время», – вспоминает Лакруа.

Лакруа мощно ворвался в НХЛ: забил в первом же матче, а фанаты и партнеры прозвали его Волшебником

Андре не выбирали на драфте. Нет, не потому, что он был игроком совсем скромных габаритов, а потому что «Филадельфия» оказалась в лиге по итогам драфта расширения, после чего владелец клуба Эд Снайдер просто купил команду из Квебека, за которую Лакруа выступал в АХЛ. Согласно правилам того времени, права на всех игроков перешли к «Филадельфии», а клуб превратился в фарм.

В сезоне-1967/68 Лакруа шел в топе бомбардиров АХЛ (и стал бы первым, доиграй до конца), а «Флайерс» стали буксовать во второй половине, так что решили дать шанс маленькому франкофону, который просто разрывал соперников в фарме.

«Хотели сыграть с Советами жестко – это самая большая ошибка в жизни»

«Я тогда лидировал в гонке бомбардиров АХЛ, сделал 6 хет-триков за сезон, и меня подняли в основу – сразу матч против «Питтсбурга». И я сравниваю счет после выхода один на один. Следующий матч в «Миннесоте» – у меня опять гол и три передачи. Меня вызвал менеджер и сказал: «Тебе нужно принять решение – доигрываешь ты сезон в НХЛ или вернешься в АХЛ».

И это было действительно непростым решением. Я был молодым парнем, который шел на несколько рекордов в своей лиге, у нас были хорошие шансы на чемпионство – я чувствовал тогда, что могу подвести парней. Но в то же время я хотел играть в НХЛ, это было моей детской мечтой».

Лакруа остался в «Филадельфии» и никогда не жалел об этом решении – можно сказать, те 17 матчей в концовке сезона предопределили всю его карьеру.

«Я не был большим игроком. Я был плеймейкером, хорошо катался. Меня даже прозвали Волшебником – я видел своих партнеров, мог дать пас без потери мимо двух соперников и точно бросал. Но мне нужно было защищать себя – во мне было всего 173 см и 73 кг.

По странному совпадению, именно после моего решения случилось происшествие на арене «Флайерс» – отвалился кусок крыши во время шоу Ice Capades, и часть матчей мы проводили на арене нашего фарма. Того самого клуба, который я подвел своим решением остаться в НХЛ. Более того, мне должны были подарить машину, но получал я ее уже в форме «Филадельфии», когда мы приехали доигрывать остаток сезона», – рассказывает Андре.

После поражения в плей-офф его обменяли на тафгая, а новый тренер жаловался, что Андре не умеет кататься

«Филадельфия» стала для Лакруа настоящим домом – именно там он превратился в игрока уровня НХЛ и набрал 147 очков за 245 матчей. Все изменила одна серия плей-офф.

«Хотели сыграть с Советами жестко – это самая большая ошибка в жизни»

«Я провел в Филадельфии несколько очень хороших лет, но команда решила поменять свою стратегию после поражения в серии плей-офф против «Сент-Луиса», который нас задавил – стать больше, злее, поэтому меня обменяли в «Чикаго» на энфорсера (Рик Фоли провел за карьеру всего 67 матчей в НХЛ, но в первом сезоне после обмена стал 4-м бомбардиром команды и самым результативным защитником – Sports.ru).

В «Чикаго» ждали, что я буду играть в связке с Бобби Халлом, но мы оказались слишком разными по стилю – я просто не смог измениться, подстроиться под него».

Проблемы были слишком серьезными – главный тренер «Чикаго» Билли Рэй не стал возиться с новичком, а просто отправил его в путешествие по нижним звеньям. У Лакруа не было шанса, чтобы проявить себя, а Рэй гнобил игрока вызывающими интервью в прессе: «Вот это удача. Нам достался единственный франкофон, который не умеет кататься».

Его карьеру спасли два авантюриста, которые решили отобрать у НХЛ монополию на хоккей – в январе 1971-го Гэри Дэвидсон и Деннис Мерфи приняли решение о создании ВХА и начали продавать франшизы будущим владельцам.

С Лакруа связались ближе к концу этого ужасного сезона: «Мне позвонили из ВХА, которая создала клуб в Филадельфии: «Мы видели твою игру за «Флайерс» и хотим, чтобы ты вернулся в Филадельфию. И мы готовы удвоить твою зарплату». Я не стал долго думать и согласился».

ЧИТАТЬ  Это был сезон нашей будущей легенды Валерия Харламова

ВХА была странной лигой – партнеру Лакруа фанаты поцарапали «Роллс-Ройс», лед был ужасным, но Андре быстро стал одной из главных звезд

ВХА была большой авантюрой, поэтому ряд вопросов просто решали на ходу, или не решали совсем. Главным инструментом борьбы стали деньги, и в состав «Филадельфии Блэйзерс» попали известные энхаэловцы Берни Парент и Дерек Сандерсон (правда, сыграл всего 8 матчей и вернулся в «Бостон» – Sports.ru), а Бобби Халл получил в «Виннипеге» сумасшедший контракт на 10 лет и 2,5 млн долларов, что просто шокировало боссов НХЛ, ведь там никогда не платили игрокам таких денег.

Андре тоже не обделили зарплатой: «Все вышло еще лучше, чем я предполагал: за последний год в «Чикаго» я заработал 20 тысяч долларов, а парни из ВХА предложили мне 65. Да, у меня был вариант обмена из «Блэкхокс», но я только что переехал из Филадельфии и не хотел снова переезжать в середине зимы.

Создание ВХА было на руку всем – она дала работу тренерам, игрокам, которые сидели в минорных лигах без шансов оказаться в НХЛ, а также европейцам, которые впервые сыграли именно в новой лиге».

«Хотели сыграть с Советами жестко – это самая большая ошибка в жизни»

Большие деньги принесли с собой большие проблемы – многие игроки стремительно превращались в тусовщиков и просто не знали, куда тратить столько денег. Контрактная лихорадка задела и «Блэйзерс» – Дерек Сандерсон не был главной звездой НХЛ, скорее, просто приличным нападающим, но получил самый дорогой контракт в истории мирового спорта.

«Блейзерс» выписали ему 2,65 млн долларов на пять лет (530 тысяч в год – в два раза больше, чем у Халла), что позволило ему обойти даже Пеле. Сандерсон забил на хоккей – променял его на женщин, выпивку и наркотики. Когда он не употреблял вещества и не хлестал виски, то предпочитал туры на море с друзьями – как то раз он выложил 47 тысяч за поездку на Гавайи (две трети годовой зарплаты Лакруа), в которой его сопровождали 7 человек. Платил за всех, разумеется, Сандерсон.

Все это происходило на глазах Андре, и сейчас он вспоминает эту историю с улыбкой: «У «Блэйзерс» была отличная команда – за нас играли Сандерсон и Берни Парент, мой большой друг, который впоследствии выиграл с «Флайерс» два Кубка Стэнли. Правда, контракт Дерека быстро выкупили, но он вел жизнь настоящего плейбоя – встречался с голливудскими актрисами, тусовался в барах, а когда приехал в Филадельфию, то первым делом купил «Роллс-Ройс», буквально через день после подписания контракта.

Нашу первую игру отменили – были невероятные проблемы со льдом. Так стартовала ВХА. Самой большой ошибкой, как оказалось, было раздать каждому фанату шайбу с логотипом «Блэйзерс» – когда Сандерсон в микрофон объявил, что матча не будет, они полетели прямо в него, на площадку. А когда он вышел к своему «Ройсу», то увидел огромную царапину на двери».

Были и плюсы – в свой первый сезон Лакруа  настрелял 124 очка, а через три года стал одним из четырех хоккеистов, которые выбили 100 голевых передач в профессиональной лиге. У Андре были феноменальные руки и навыки диспетчера, но главное что отличало этот этап его карьеры от энхаэловского – тренеры не боялись выпускать его на лед и давали полную свободу.

«Когда я вернулся в Филадельфию, чтобы играть в команде ВХА, тренер поверил в меня – я играл много, выходил в большинстве и убивал меньшинство. Я говорил своим крайним: «Причина, по которой я играю в центре – я могу отдать шайбу. Вы играете на фланге и не умеете ей делиться, но можете забивать. Так что давайте сделаем так: отдайте мне шайбу и открывайтесь. Я вас найду».

«Хотели сыграть с Советами жестко – это самая большая ошибка в жизни»

В «Хартфорде» я играл с Горди и Марком Хоу – это было лучшее звено в моей жизни. Марк великолепно катался, а Горди… Горди был тем самым Горди Хоу из рассказов – ты едешь мимо, а он встречает тебя локтем. Так что у меня всегда были открытые партнеры, которым я мог отдать шайбу», – вспоминает Андре.

Андре уважает советский хоккей – настолько, что даже учил детей обращаться с шайбой, как сборная СССР

Когда я спрашиваю про сборную СССР, Андре сразу улыбается, а в глазах загорается азартный огонек – он отлично помнит матчи, в которых играл 46 лет назад.

Суперсерия-74 – еще одно знаковое событие для советского хоккея. Да, состав канадцев был слабее, чем два года назад, когда приехали все главные звезды из НХЛ. Да, лучшие игроки этой североамериканской сборной прошли свой пиковый возраст, а сборная СССР одержала 4 победы (три из них – в московской половине серии) и один раз проиграла при трех ничьих. Тем не менее, за сборную ВХА тогда играли Пэт Стэплтон, Пол Хендерсон, три представителя семьи Хоу, а основным вратарем был Джерри Чиверс в легендарной маске со шрамами.

«Ох, этот русский хоккей – они всегда знали, где будет шайба. Очень дисциплинированные игроки, которые не бросали по воротам до тех пор, пока не были уверены, что шайба попадет в сетку.

ЧИТАТЬ  Спасибо за всё, Милош Ржига!

У нас не было дисциплины. Мы попробовали сыграть с Советами жестко, местами грубо – и это была самая большая ошибка за всю нашу жизнь. Их защитники обращались с шайбой так же здорово, как нападающие. По сути, каждый из их игроков мог сыграть на любой позиции и моментально двигал шайбу. Когда я стал детским тренером, я говорил своим игрокам: если ты держишь шайбу дольше трех секунд и не играешь в пас, то ты ее обязательно потеряешь. Этому я научился у русских», – вспоминает Андре.

Еще одна интересная деталь – лучше остальных Лакруа (в 8 матчах серии он набрал 7 (1+6) очков) запомнил Александра Якушева. Как и в Суперсерии-72, Якушев стал настоящим кошмаром для соперника – забросил 6 шайб и стал лучшим снайпером сборной СССР.

«Хотели сыграть с Советами жестко – это самая большая ошибка в жизни»

«Якушев был лучшим нападающим сборной СССР. Он был быстр. Он был умен. И он был очень большим. Не подумайте плохого, я уважаю Петрова и Харламова. Но Якушев был лучшим».

Без забавных баек тоже не обошлось – в стиле тех, что травили Фрэнк Маховлич и Пол Хендерсон, искавшие в своем номере жучки КГБ.

«В Москве мы жили в огромном отеле – не помню название, но там были сотни номеров. Когда мы приехали, с нами случилось несколько забавных историй. Горди Хоу созванивался со своей женой и пожаловался ей, что в его номере не помешало бы еще одно кресло. После этого разговора он пошел на предматчевую тренировку, а когда вернулся – в его номере было новое кресло! Второй случай был еще смешнее: в Москву мы взяли запас пива на целую команду, но он пропал. Представляете, кто-то просто украл его», – смеется Андре.

После карьеры работал комментатором и жестко критиковал игроков своей команды в качестве эксперта

Андре завершил карьеру главной легендой ВХА – он стал лучшим бомбардиром и ассистентом в истории лиги. Но главное, он сумел найти себя после хоккея – успешно работал на домашних матчах «Хартфорда», делал карьеру в строительной компании и тренировал детей в мелких региональных лигах.

«Самый тяжелый вопрос для любого игрока: что я буду делать после того, как завершу карьеру? Сейчас звезды получают сильно больше денег, так что у них меньше проблем с тем, чтобы найти работу – можно пожить во Флориде, потом вернуться в Канаду или съездить куда-то еще. Раньше было иначе. Но мне повезло: я работал в строительном бизнесе и комментатором на домашних матчах «Хартфорда».

Комментаторы тогда уже работали парами, и я был плохим полицейским – если кто-то из хоккеистов играл слабо, я говорил об этом в прямом эфире. Игроки не любили меня за это, но это был мой стиль и мне нравилась каждая минута на этой работе».

Сейчас Андре не особо следит за хоккеем – игра сильно изменилась, а хоккеисты слишком часто меняют команды. Например, он не очень понял, почему Панарин ушел из «Коламбуса». И все же Лакруа остается хоккеистом на уровне ДНК – у него есть даже несколько идей, как сделать НХЛ более зрелищной.

«Хотели сыграть с Советами жестко – это самая большая ошибка в жизни»

«Хоккей изменился – в нем все больше от бизнеса. Игра изменилась и стала мягче, потому что теперь хоккеисты и лига потеряют кучу денег, если звезда получит травму. У меня есть несколько мыслей, которые, как мне кажется, могли бы сделать хоккей интереснее. Например, овертаймы: три минуты в формате 3 на 3, две минуты 2 на 2 и минута 1 на 1. А еще мне кажется странным, что команда, которая проиграла в серии буллитов, получает балл в таблице – нужно оставить такое правило только для поражений в овертайме».

Поделиться ссылкой:

Обновлено: 18.11.2020 — 15:40

Комментарии:

  1. Как упоминалось, для работы с Гидрой требуется использовать браузер Тор. Но кроме того, нужно войти на необходимый сайт, не угодив к мошенникам, каковых немало. Потому, бонусом от нас, у вас будет ссылка на гидру в тор.

  2. Нашел канал, раздают робота Option Bot Ultimatum. Кто пробовал его в деле?

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *